— Все равно ты не сможешь уйти, — сорвавшийся голос прозвучал как-то неубедительно даже для него самого, и Бено откашлялся.

Она кивнула.

— Конечно, Бено, куда ж я теперь пойду…

Повернула голову и открыто улыбнулась горя-щим глазам лесника.

— Ну что, Джер, Джеро-волчонок, Джер-волк… Ты ведь пришел в город убить меня? Тебе это удалось. Счастлив?

Он с великим усилием опустил ресницы и сказал — так тихо, что услышала лишь Кидж-Кайя да стояв-ший рядом капитан:

— Ты не знаешь, что это такое — когда на твой зов всегда приходят волки. Просто волки. Только волки.

Кидж-Кайя с мгновение смотрела на него свер-ху, потом кивнула:

— Зато ты не знаешь, какая мука — не быть тем, кем ты можешь стать.

Ее взгляд скользнул по Бено, по глядящему в пол капитану. Остановился на серьезном — впервые она видела его таким серьезным! — Алькаде Бен-Али. Кидж-Кайя улыбнулась ему с неожиданной симпати-ей.

— Не ищи ее, парень. Ее просто нет. Давно нет.

— Что? Чего нет? — спросил Алькад испуганно.

— Земли оборотней. Там теперь лишь море и не-бо. Иначе почему бы мы оставались здесь?

Она помолчала и сказала — сразу всем:

— И знаете, я — рада.

Восток светлел. Кидж-Кайя повернула голову, профиль и тело обрисовало тонкой золотой линией. Руки ее, привычно поглаживающие гайтан, сомкну-лись, напряглись…

— Не давайте ей! — завопил Бено, кидаясь впе-ред, но Малыш Мартин схватил, смял его медвежьей хваткой. Кидж-Кайя благодарно кивнула капитану. Ссыпала с ладони за окно порванные звенья. По-терла шею со следами десятилетних отметин и вновь повернулась навстречу солнцу.

— Да не давайте же ей!.. — простонал Бено.

Но Кидж-Кайя уже шагнула вперед — так просто, будто вышла в другую комнату. С мгновение все стояли неподвижно, потом кинулись к окну, сталки-ваясь и мешая.